Бизнес-леди в объективе Эллен фон Унверт

Самая деловая в светской тусовке и самая светская в бизнес-элите — владелица компании «Русмода» и салонов красоты «Белый сад» Оксана Лаврентьева рассказала Wonderful Woman, как все ее желания исполняются без лишних усилий.

Оксана Лаврентьева фото 1
Бюстье из крепа и ­ацетата, Mugler

Wonderful Woman О чем вы мечтали в детстве?

ОКСАНА ЛАВРЕНТЬЕВА Как ни смешно, все, о чем мечтала, уже сбылось. Кроме одного — стать балериной. Остальное все получилось, хотя не все оказалось достойным мечты, скорее просто желания. Так что я срочно придумываю себе новую мечту. Если есть идеи, пишите, как говорится, в личку. А балетом я сейчас занимаюсь в «Белом саду» для себя. Кстати, не раз слышала от балетных, что для себя — это, возможно, лучшее, что можно сделать с балетом. А вообще, я много разбиралась с тем, что я хочу, туда ли я иду, мои ли это желания и так далее. Эту работу важно проделать. Я знаю мало людей, которые в 18 лет понимают, чем они хотят заниматься, и обнаруживают в 35–40 лет себя вообще не в том месте, не с тем человеком, не на той работе, не с тем делом.

Я занимаюсь именно тем, что хочу. У меня никогда не возникает мысли, что я делаю что-то не свое. Ну либо я обладаю фантастическим даром самоубеждения. Даже иногда возникает ощущение, что это помимо моей воли и я не так уж много прикладывала усилий. Правда, когда что-то классно получается, у тебя нет ощущения, что ты очень сильно старался, даже если встаешь каждый день в восемь утра и ложишься за полночь. У меня, кстати, было советское предубеждение, что все должно тяжело доставаться. Это ерунда. Но ничего из того, что в жизни мне доставалось трудно, не принесло мне счастья. Нужно это чувствовать, если что-то не дается, не идет, не получается, может быть, это нужно оставить. Умение отступить иногда важнее, чем умение дожать. Мне кажется, мне удается правильно выбирать — что мое, что не мое.

У вас несколько собственных бизнесов. Какой ближе всего по духу?

Мне кажется, они все в общем-то про одно и то же. Они так или иначе делают людей более счастливыми пусть даже через такие, казалось, несерьезные материи, как внешность и одежда, но именно из таких материй и состоит жизнь. Я никогда не считала свои бизнесы чем-то очень серьезным, но я всегда относилась к ним максимально серьезно. Любым делом нужно заниматься профессионально.

Ваша красота помогает или мешает в бизнесе?

А красота — это чаще тяжелое бремя. С ней одни проблемы, но мне повезло, я вообще-то не считаю себя очень красивой в каноническом смысле этого слова, приходится брать обаянием, а в бизнесе еще и профессионализмом. Вроде ­получается.

Оксана Лаврентьева фото 2
Платье из сатина, Elie Saab; фуражка из шерсти, Ruslan Baginskiy

Если в женщине главное не красота — то что же?

Внешние данные перестают иметь значение примерно через полчаса после разговора. Человек должен быть тебе интересен, и ты ему, ну или полезен, а лучше все вместе. С чем мне повезло, так это с эмпатией, мне человек изначально чаще всего нравится до тех пор, пока он меня не разочарует, а не наоборот.

Вы жесткий человек? Умеете прощать?

Я раньше была человеком, который доводил ситуацию до такого пика, что отношения восстановлению уже не подлежали. Именно потому, что не замечала плохого, и прозрение наступало в один день. А за ним — полное прекращение отношений с моей стороны. Сейчас я стараюсь не доводить ситуацию до состояния, когда невозможно даже здороваться, и, если люди по отношению ко мне делают что-то не так, останавливать их раньше. К сожалению, это пришло только с неприятным опытом. Я не люблю конфликты, но сейчас более прямолинейно веду себя в работе, а в личном общении гораздо быстрее даю обратную негативную связь, чем раньше, не коплю.

Оксана Лаврентьева фото 3
Бюстье из крепа и ацетата, Mugler; брюки из шерсти, Alexandre Vauthier

Ваше окружение заметно поменялось за последние годы. Что произошло?

В отдельные моменты вас сближают с людьми похожие ситуации, общие интересы, даже эмоциональное состояние. У меня очень большой круг знакомых, но близких подруг мало. Большинство из них — несветские и непубличные. Мы много судим по соцсетям и светской хронике, которые совсем не отражают то, что с человеком происходит на самом деле. Поставить картинку в инстаграм занимает 20 секунд, сделать эту картинку занимает 2 минуты. Я могу создать любой образ, который захочу. Собственно, мы все занимаемся этим в своих инстаграмах. Когда я училась на лидерской программе в INSEAD, мне в группе дали обратную связь: «Оксан, тебе надо сократить светскую активность. Твой фейсбук — сплошная светская хроника». Я появляюсь на мероприятиях редко, но по сравнению с человеком, который работает в банке, кажется, что моя жизнь — одна сплошная тусовка и веселье, хотя для меня — работа. И удовольствие это приносит первые 10 раз. Это смешно, но первый показ Chanel, на который я попала, меня потряс до слез. Лили Аллен пела, и я думала, что я сейчас умру вот прямо тут. А вы говорите, какая у меня мечта была. Хорошо, что хоть сейчас на показах не плачу.

Что у вас сейчас может вызвать такие же эмоции, как тот показ Chanel?

А разве это не одинаково у всех людей? Слезы вызывают только переживания, связанные с близкими. И слезы радости, и слезы печали. Если говорить просто об удовольствии, то образ жизни, который ведем мы и наше окружение, развращает: вся эта красивая картинка, роскошь, публичность. Ты перестаешь получать удовольствие от тех вещей, от которых его получают все. И ты либо должен находить все более изощренные удовольствия, либо вспомнить, как получать удовольствие от очень простых вещей. С изощренными у меня не очень получилось, поэтому люблю жареную картошку. Любите простое, хотя это сложно.

Как вы тогда дружите с Полиной (Киценко, известная своей любовью к здоровому образу жизни. — Прим. Wonderful Woman)?

У нас с ней разные взгляды на питание. Я ем вообще все. Просто очень мало. Я вообще человек, который не может жить в ограничениях. Если я еду в клинику-детокс, возвращаюсь +2 килограмма. Я не могу есть в таких количествах так часто — для меня это очень много. И это приводит чаще всего к тому, что я неделю ничего не ем, а потом иду в город и ем сосиску на улице.

Оксана Лаврентьева фото 4
Платье из крепа, Alexander Terekhov; ­фуражка из шерсти, Ruslan Baginskiy

Вы снимались в клипах, в кино. Какое впечатление от работы с Эллен фон Унверт?

Она невероятный профессионал, главное — ей очень нравится то, что она делает, она этим горит. Ее буквально пришлось останавливать и говорить: «Эллен, я больше не могу». Она могла еще пару часов совершенно спокойно снимать — неиссякаемый источник фантазии, энергии, позитива, радости. Я честно могу сказать, что каждый раз, когда встречаешься с кем-то, кто имеет успех на мировом уровне, сразу становится понятно, почему он настолько успешен.

Вы много времени проводите за границей. Что самое сложное в жизни женщины в России?

Самая большая проблема в том, что в нашей стране одинокая женщина представляется неполноценной, «недочеловеком». Как будто она может реализовать себя, только если рядом есть мужчина. Если его нет — сколько бы ты ни зарабатывала, какую бы головокружительную карьеру ни построила, если ты одна — тебя будут считать ущербной. И лично я знаю очень мало людей, настолько цельных, что их не заботит публичный статус.

Вы были в обеих ситуациях: и с мужчиной, и в одиночестве, но с успешным бизнесом. Как вам комфортнее?

Я успела побывать в очень разных амплуа: женщина-ребенок, женщина-мама, женщина как объект страсти. Мы все развиваемся, пробуем разные роли. Но в итоге должны прийти к единственной верной модели «взрослый-взрослый», когда два самодостаточных человека решают, что им лучше вместе, чем друг без друга.

Источник : ELLE.RU